Финляндия.

2 июня 2008г.

…Бобров сидел в ложе стадиона «Динамо» хмур и сосредоточен. Если раньше все происходящее на поле его интересовало разве что с точки зрения времени окончания пиршества футбола, а следовательно начала нового вечернего витка гедонизма и эпикурейства, то в данный момент на поле он не смотрел вовсе, будучи озадачен лишь одним. Он энергично теребил бакенбарды и много курил. Сквернословил (к его чести будет сказано, в пол голоса). Всё летело к чертям собачьим!!! Все планы, все устремления, все детские мечты, наконец! Ему, мультимиллионеру, на пути к цели ставят преграды какие-то жалкие сотрудники эстонского посольства. Они, видишь ли «ставят под сомнение…!!! Не знаете еще, с кем связались!!! Я вам покажу!!! Скобари!!! МАН-ДА-ЛАИ!!!».

Бобров про себя корчил рожи в адрес нафантазированных эстонских консулов, они ему представлялись жалкими субтильными мужчинками непременно с аккуратненькими усиками и обязательно с вышитыми фамилиями (с неприличным обилием гласных букв) на до противного белоснежных рубашках. Он самоотрешенно отсел от группы товарищей, петрушил пухлый номер газеты «Туризм и отдых» и безустали звонил по мобильнику. Звонил, звонил, звонил… Время, а вместе с ним надежда на исполнение желаний таяло под лучами майского солнца. Товарищи Боброва уже почти потеряли надежду, они курили на сиденьях поотдаль, мысленно растоптав детские мечты до лучших времен и умиротворенно предвкушая послематчевое пиво.

Действительно, времени на открытие виз оставалось очень мало, ничтожно мало. После того как документы были сданы Нашему человеку в турбизнесе с целью подачи их в эстонское посольство на предмет открытия виз, наша группа товарищей жила предвкушением выезда в Финляндию. Товарняк с Финляндией манил еще с зимы. Манил, увлекал интересным путешествием по всей Прибалтике, открытием новой загадочной страны Суоми, мало того, путь от Таллина до Хельсинки собирались пересекать морем на пароме. А что для нас – вчерашних мальчишек море? Море – это запах мечты нашего умеренно-континентального детства!!! Это и Остров Сокровищ, и Граф Монте Кристо, до дыр зачитанные Жюль Верн со Стивенсоном и Фенимором Купером в придачу, капитан Грант, Человек-амфибия, Бармалей и Айболит, флибустьеры, «луидоров и пиастров звон». А сколько добрых мультфильмов, кинолент? Эх, как же далеки те прекрасные времена…

Свистать всех наверх!!!

Неожиданно отзвонился Наш человек в турбизнесе и поведал о том что эстонцы якобы могут и отказать ссылаясь на некое письмо из БФФ. Мол, федерация якобы разослала по посольствам письмо с просьбой не открывать неорганизованным группам болельщиков въездные визы, дабы обрались только в БФФ (история очень темная, неясная, позвольте здесь на ней не останавливаться). А время уходило. Пришлось документы, не рисковать дабы, забрать и пробивать другие варианты.

Именно этим был занят сейчас на трибуне наш друг Бобров. От фирмы за фирмой он слышит отказы, сомнения в сроках открытия виз и т.д. Возмущению его нет предела. Он импульсивен и вспыльчив сверх обыкновения.

Но не тот человек Бобров!!! Ох не тот!!! Даром что ль мультимиллионер? Присутствия духа он не теряет и ближе к концу матча вознагражден!!! У нас есть план, мистер Фикс!!! Открываемся через литовское посольство, придется выкупить номера в гостинице на сутки, после матча в Финляндии со всех ног спешить покинуть зону ЕС (виза всего на три дня, если больше – надо на больше снимать отель в Вильне, а это нам ни к чему) – но это все гондовня!!! Главное – едем.

Добирались до Финляндии разными группами. Например, раньше всех выдвинулись наши ветераны Болельщик №1 по версии УЕФА и еще более былинный персонаж – Кит, он же Человек, похожий на Юрия Антонова. Добирались они через Питер, и их мы встретили только в Турку.

Вторая группа состояла из персонажей не менее легендарных. Если первых двоих вышеупомянутых согласно исторической традиции можно отнести к новому времени и гордиться тем, что был их современником, то все последующие -- люди получившие известность в узких кругах только во времени новейшем. Таким образом, за несколько дней до матча курс на север взяли Патрик У (цельная бескомпромиссная личность, супермен в миниатюре, миляга), Пеликанов (совладелец закрытого заведения имени своего имени «у Пеликана», разгильдяй, самодур, пьяница, но в хорошем смысле этих слов…) и кмс по валидолу Юрий с (личность тоже яркая, но крайне противоречивая). Ехали с целью погостить денек-другой у эстонского друга Димы Крокодильчика.

Наш же небольшой коллектив состоял из известного вам уже Боброва – плута и казнокрада, игрока, бретера, дуэлянта, несостоявшегося гардемарина, однако в связи с его баснословным богатством, первые его два качества упоминать несколько не принято, Олигарха (тоже парняга серьезный, успешный, но по сравнению с Бобровым – просто мелкий деревенский фарцовщик) и меня, скромного повествователя.

Мы встретились в обычном месте для подобного рода отъездов – на канале Александра Сергеевича в компании жен и провожающих. Как водится в таких случаях, позволили себе немного нарушить режим. Исторической целостности ради стоит сказать, что Бобров на выезд отправился с серьезной брешью в здоровье, правда, когда выпивал, этой бреши не чувствовал -- расхаживал гоголем, бражничал, куражил и был мил до чрезвычайности, однако, вернемся к этому несколько ниже. Так вот, нарушили режим сначала в обществе жен и провожающих, потом просто провожающих, после – без оных, далее прошлись по кабакам и пиву. За этими насущными делами подошло время нашей стрелки. И ни у кого, представьте себе, ни у кого из трех здравомыслящих мужчин с высшими, доложу я вам, образованьями (а за выездной опыт я и говорить-то не стану…) не возник маленький, но о-о-о-о-чень логичный вопрос: «а почему же мы не делаем запасы в дорогу???».

Часы показывали 23.00…

«О, блятска Дания!!! Пыздэтсь усим спаздзюванням…».(Подревьянский)

Все интересующие нас отделы супермаркетов и простых магазинчиков в едином порыве шумно опустили «железные занавесы»… Вы, кстати, никогда не задумывались, что это за «Р-р-р-ррууу-у-ухх!!!» над страной ровно в 23.00 и тишинаааааааа? Так вот -- это есть оно. Иногда под эти «железные занавесы» попадает рука просящего…, рука с мятыми трудовыми и не очень купюрами. Занавес больно по руке бьет. Другая рука, еще две минуты назад которую с теплотой величали «Рука дающего» и с нежностию добавляли : «да не оскудеет…» руку просящего безжалостно выпихивает обратно в воцаривший мир «За здаровы лад жыцця». Вместе с купюрами, стонами, истериками, мольбами и под улюлюканье толпы таких же опоздавших лузеров. Ибо в государстве до рассвета подобного рода гуманизм не в почете…

Однако оставим эту пьесу Горького «На Дне» ее вечным персонажам. Мы не из тех, чем горды. Каждый из нас немного, самую малость, расстроился, но виду не подавал. В коллективе царил дух товарищества, взаимные подклоки, легкая нецензурщина, шутки, юмор, адресная сатира. Ехать до самого Вильнюса (пусть это и совсем недолго) за чашкой кофе не смотря на всеобщее кажущееся веселие никому не хотелось. Мало того, это не укладывалось в голове!!! Нет для нас нерешаемых вопросов.

Подъехали наши спутники. Это были Пряник, его брат и Журналист OSA. Последний – очень примечательный тип. Помимо всех его достоинств и профессиональных качеств, он во-первых со стажем болельщик «Динамо» (Минск), а во-вторых дал себе обет не пить пока у власти находится нынешнее руководство страны. И вот пятнадцать лет – ни грамма!!! А вы говорите доктор Хадоркин, Сайков… Шарлатаны!!! Обращайтесь в Администрацию – гарантия сто процентов!!! И надолго…

Маршрут у них был следующий: Вильнюс на своем бусе – дальше самолет до Хельсинки – Турку. До Вильнюса они любезно согласились подбросить и нас. Проблема отсутствия запасов жидкого продовольствия отошла на второй план как-то сама собой, только мы выехали чуть за город. Придорожная кафешка «У Пунтуса» (Никогда не думал, что так буду рад слышать фамилию «Пунтус»…) отпустила нам все что нужно и в необходимых количествах. Таким образом дорога до Вильни прошла в дружеских беседах. Под бравурные тосты тостующих и нескромные глоткИ тостуемых.

Всего каких-то часа три (ну со всеми стоянками на границах – пусть три с половиной) и мы в столице сопредельного нам государства ЕС. Выгружаемся около ж.д. вокзала. Говорим друзьям «до встречи в Финляндии».

Четыре часа ночи… Из обозримых достижений цивилизации Вильнюса работает один лишь МакДак (местные продвинутые сленгеры величают его наверняка как-то на национальный манер… Не иначе как «МакДаускас»). Как-то с перерывами работает. Причем отпускает даже за евро. Причем, каждый новый биг (простите) мак идет по новому курсу. И что удивительно – сдачи никогда не дают. Что более удивительно, никто из нас ни разу не возмутился. Вот оно что такое, путешествие в компании толстосумов!!!

Портье в гостинице, увидев троицу из ларца одинаковых с лица (пусть по комплекции мы и отличаемся), синхронно покачивающихся в волнах слабого прибалтийского бриза долго думал, открывать ли дверь. Некая всклокоченность предрассветных посетителей и придурковатость их взглядов говорили за то, чтобы дождаться утра… Когда же прибалтийский любопытышь узнал чего эти трое наивных придуров от него хотят…(а мы всего лишь хотели помыться и поспать до утреннего транспорта в сторону Таллина. Тем более номер для нас в этом отеле был снят и оплачен. Правда, только на следующие сутки.) Трое странного вида псевдотуристов предлагали помыться в любом свободном номере, причем на следующие сутки номер этих туристов отходил в полное распоряжение портье, -- «…нуууу, там или сам подругу приведешь, или на сутки сдашь…», глядя в пол с показным смущением произнес Бобров. Это был наш последний довод… Козырного, так сказать, туза кидали на стол переговоров. Прибалтийская основательность взяла верх. Когда портье, закрывая перед нашими носами дверь на ключ, говорил: «при-хо-диииииии-тте в назначеннннно-йе вре-ммя» не надо было быть продвинутым физиономистом чтобы прочесть на его невозмутимом лице: «а лууч-ше нне на-ддо!!!» Мол, и без вас теток наведу содомию устрою!!!...

-- Ой я вся такая на героине…, -- милое, такое воздушное болндинистое «небесное тело», наследница прелести Ингеборги Дапкунайте отходит от ночного ларька с некоторой порцией энергетов. И идет в сторону компахи таких же подруг и ммм… таких знаете ли… греков или французов (евросоюз как никак)… Таких живенких, друг друга «Ара» называют… К слову, это было уже шесть утра, похожих компаний в районе вокзала тусовалось в достатке. Поэтому, попив утреннего пивка, небольшой утренний сон (а вместе с ним целостность несметных сумм в евро) товарищей пришлось охранять.

До Риги доехали без приключений. Автобус был полупустой. Этим мы воспользовались для компенсации отсутствия ночного сна.

В Риге также проблем с транспортом до Таллинна и с билетами на них не оказалось.

Меня всегда удивляло: почему в их недобуржуинских автобусах работает туалет??? Рейс то не очень дальний. Пассажиры – тоже далеко не «ви ай пи». У нас даже если чартер на бусе в какой-нибудь Люксембург заказываешь – черта лысого вам, а не туалет. Ори не ори, передерись хоть весь автобус – остановка только когда сойдутся возможность водителя с его же желанием. А потом опять через каждые пятнадцать минут: «ЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ!!! Тормози-и-и-и!!!». Опаздываем? До лампочки!!!

В автобусе до Таллинна пришел черед отличиться и вашему покорному слуге. Сначала я просыпался от легких интеллигентных толчков в бок и многозначительных вздохов. Оказывается я, как тот Лукашин из «Иронии судьбы» самым беспардонным образом пытался заснуть на плече соседа по креслу. Соседа это в свою очередь возмущало. Я просил прощения в самой аристократической манере, какой умею. Соседом моим оказалась прекрасная молоденькая барышня. Из гимназисток.

-- У вас не рижский акцент…, -- заметила барышня уже совсем забыв обиду на меня.

Мы мило завели беседу обмениваясь информацией друг о друге.

Звали ее по-моему Катей. Она ехала в Таллинн к бойфренду, которого не любит, но который отвезет ее в Хельсинки на концерт «50 seconds to Mars». Я было поинтересовался отношением к финской металл-сцене, столкнувшись с полной профанацией в данном вопросе, совсем осторожно спросил о поэзии и вежливо предложил угостить пивом. «Ах, оставьте…», -- был ответ. До чего же люблю культурных собеседниц!!! Под приятный пшик вскрывающихся банок я незаметно входил в раж!!! Я так читал, как не читал со времен студенческих декламаций в ночном метро. Я декламировал из Пушкина, Блока, Есенина. Изредка, с соседних мест мне подпевал хор толстосумов -- Олигарха и Боброва. Говорят, приходил водитель и взывал к порядку. Неубедительно, видимо, взывал…

«Стихи о советском паспорте» Маяковского в автобусе Рига-Таллинн пассажирами были восприняты неоднозначно… Кате нравилось. Дальше был Лаэртский, ХЗ, Степанцов и другие уважаемые мною современники. Кате нравилось…

«Кто нахаркал мне в ботинки?

Почему в говне пижама?

Это Будда Гаутама.

Это Будда Гаутама.»

Где-то под эти строки Катя уже перегоняла нас по количеству выпитых банок.

На автовокзал Таллинна мы ступали с громогласным и величественным «Боже, царя храни!!!». Свою серию недостойных поступков я продолжил троекратным прощальным поцелуем Катерины на глазах мало что понимавшего бойфренда. И еще долго, провожая парочку взглядом, я во след театрально клялся писать и даже приехать навестить в будущем году.

На все это безобразие осуждающе, с укоризной смотрели встречающие нас таллиннские товарищи плюс Патрик У, Пеликанов и Юра - кмс по валидолу. Они уже более суток гостили в Таллинне, прониклись атмосферой умиротворения и спокойствия, мечтали о прогулках с лыжными палками по тропинкам в парке. Для них мое поведение казалось вдвойне недостойным. Кроме того, они немало были обескуражены и сконфужены, ибо проиграли сами себе много денег, так как на самого пьяного из автобуса ставили на Олигарха, а тут такой нелогичный сюрприз…

Не откладывая в долгий ящик пошли в контору, которая торгует билетами на паром. Патрик У, первым делом поинтересовался у женщины-кассира, игриво так, с некоторой небрежностью в голосе:

-- А что, билеты на завтра на утренний паром есть?

Я не знаю, какой ответ он хотел услышать, или же продолжить беседу в ключе мол, «только не боковушки возле туалета»… Однако ответ обезоружил своей прямотой,

-- Ос-таа-ллось тыссс-яча триста восемьдесятттт семммь биле-ттов,-- невозмутимо, лицом восьмибитного (такого из древних компьютерных игр) Урмаса Отта был ответ. После этого продолжать полемику в шутливом тоне было бы просто надругательством над чувством юмора кассира. Мы без лишних слов отдали деньги, взяли билеты и ушли.

Дальше каждый выбрал себе дела по интересам. Благодаря нашему таллиннскому другу Диме Крокодильчику Бобров, Олигарх и я заселились в довольно неплохой хостел. Постройки времен позднего Хрущева. Потом друзья пошли созерцать вечерний Таллинн, а я к своему стыду прилег полежать пока товарищи примут душ и проспал до самого утра. Ибо позволить себе показываться в таком виде в городе я не мог…

Утром я был огурцом и готов к труду и обороне. Обороне собственного достоинства. На уколы друзей (они интересовались моими впечатлениями от ночного Таллинна) я отвечал, что здесь я не в последний раз и смущенно прятал взгляд…

Паром явил собой совсем колоссально-монструозное зрелище. Этакое железное чудо восемь этажей в высоту!!! Туда на наших глазах только фуры непрерывно два часа заезжали… Наша группа расположилась на самом верхнем открытом этаже. Или палубе. Каждый старался выставить себя соленым морским волком, но с опасением ждал отплытия, дабы испытать себя на морскую болезнь. Одновременно все стали выражаться на морской лад: «Отдать швартовый!!!», «Поднять паруса!!!», «Палундрррра!!!», «Тысяча чертей!!!», «На абордаж!!!» «Поднять якоря!» «Плесни-ка мне, мальчик, рому!!!» Ром ходили употреблять исключительно в гальюн – бытовал миф о том, что употреблять принесенное на борт запрещено, и нарушителей этого строгого морского закона по приходе в первую же бухту сдают властям и отбирают карманные евро. Возможно, все стены были обклеены этикетками вроде: «Приносить с собой и употреблять спиртные напитки запрещено. Штраф – 5 базовых величин». К сожалению, мы не знали ни эстонского, ни финского. Это немало веселило и добавляло экстрима. Когда по судовому радио спокойно и размеренно передавали некую информацию, это вызывало волну стеба, мол «это «полундру» кричат. «Срочно разбегайтесь по шлюпкам и наденьте спасательные жилеты!!!» Эмо-цциональ-нныйе финские парни!!! Но на всякий случай по сторонам оглядывались…

Кстати по поводу «приносить и распивать» закрались нешуточные сомнения. Когда исследуешь внутренности парома, на пути попадаются невозмутимо спящие на полу (правда, уж очень интеллигентно, никому не мешая, не по-нашему как-то) финны, лежащие как где-нибудь в углу, так и прямо возле входа в лифт. И таких друзей много, на них с пренебрежением никто из пассажиров не смотрит – видимо, так принято, или сами когда-то бывали в такой ситуации…

Паром сверху донизу напичкан магазинчиками алкогольной и сувенирной направленности. Цены на спиртное -- еще не финские, поэтому есть и спрос и даже некоторый ажиотаж.

Наконец с верхней палубы услышалось долгожданное «Земля!!! Земля!!!». Мы прибыли в Хельсинки. Нас там встречал Андрюша Кот -- Брестский динамик, живущий на тот момент в Польше. Он уже некоторое время был в городе, он же и провел небольшую экскурсию.

Хельсинки или Гельсингфорс (а именно так его с пафосом величали бы еще лет пять-десять назад все без исключения, подобные нашему, печатные издания-носители вируса имперского шовинизма) город по современным меркам не большой. И совсем молодой. Собственно городом и столицей Хельсинки начинает быть только после 1812 года после прихода русских. До того столицей был Турку. Собственно русские цари и курировали застройку молодой столицы. Оттого Хельсинки архитектурой напоминает Питер. В самом центре города на Сенатской площади памятник царю Александру II. При нем финской автономии были дарованы привилегии и вольности, которых не знала ни одна автономия империи. К русским вообще, отношение в городе весьма почтительное. Чего не скажешь о вечных конкурентах – шведах. На сувенирном рынке возле порта продаются майки с символическим финским Лосем, пьющим через соломинку водку «Финляндия». Его ноги и пардон… член опущены в таз, на котором святая для каждого шведа надпись: «ABSOLUT».

…идут пионеры – салют Мальчишу, идут инженеры – «ABSOLUT» Мальчишу!!!

В порту, в двух шагах от центра замечательная кафешка под открытым небом. От 5 евро от пуза накормят морепродуктами с любым гарниром, при тебе приготовят – вкусно и аппетитно. Проблемы доставляют лишь вездесущие чайки, которые или на бреющем полете норовят ухватить кусок рыбы побольше из твоей тарелки, либо куском этой рыбы, но уже тщательно переваренной, поразить цель – тарелку соседа… И пиво!!! Я не знаю в каких ПТУ обучались местные пивовары, финский сухой закон тоже беру в расчет, но только пиво с крепостью в 2% -- это возмутительно!!! По вкусу напоминает воду, которой моют бокалы. Причем за маленькую бутылочку просят что-то около 3 евро!!! Безобразие! Это преступление против человечества! Гаагского трибунала захотели!!! Я временно в знак протеста перешел на джин-тоник.

Город городом, однако, нам еще предстояла двухчасовая дорога до Турку. Больше всех туда рвался Димка Пеликанов. По секрету вам скажу, что в пеликановском рюкзаке помимо зубной щетки, носков и ворованных пивных бокалов ждали своего часа два объектива. Да, два настоящих объектива для фотоаппаратов, дети конверсии, продукция предприятия, на котором в свободное от заседания в баре «У Пеликана» время имеет удовольствие работать Димка. Аккурат перед выездом, на бескрайние просторы Интернета вышел некий крендель, которому позарез понадобились именно такие объективы, и что интересно – проживал (а следовательно имел возможность провести «оплату в СКВ») этот крендель именно в Турку. Пеликанов не без оснований считал это подарком судьбы и навстречу судьбе же и рвался. Все доводы в пользу «подольше зависнуть в Хельсинки» нивелировались неприкасаемым авторитетом возбужденного Пеликанова.

Он даже взял бразды правления в свои мозолистые от пивных бокалов руки. В ж.д. кассе он эксцентрично объяснялся, энергично жестикулировал, и только свободное владение Кота английским спасло финских билетеров от нервного истощения, а нам позволило обзавестись коллективным билетом до Турку.

«Точное знание идеоматики и прецизионное соблюдение нюансов речевого этикета применительно к оказионно-бытовой и сословно-поведенческой специфике конкретного социума способно творить чудеса.» (М.Веллер)

Позволю себе несколько слов о поезде. Довольно смешно наблюдать за нашим братом – выходцем из совка. У нас ведь как? Если дверь в салон вагона не открывается – ее нужно дернуть посильнее. Потом перевести дух и дернуть со всей пролетарской дури… Совсем обойдя вниманием огромную ярко желтую кнопку с не менее яркой надписью «PUSH MY». Что и говорить, на эту уловку попался каждый из нас. А кмс по валидолу Юра пришел из туалета в высшей степени возбуждения: «там даже душ с дождиком есть!!!» После такого нам, как представителям «цивилизованной планеты» осталось только в ответ удивить финнов – устроить мини-дринч прямо в вагоне. Они-то болезные устраивают алко-туры за границу, а тут группа сидит и при всем чеснОм народе дует из одной единственной сувенирной кружки «SUOMI» по очереди!!!

Вы будете поражены, но одноразовые стаканчики в финских гастрономах и унивегмагах не продаются – незачем. Отсутствует так сказать целевая аудитория…

Вокзал Турку был похож чем-то на дачную станцию где-нибудь у нас по молодечненской ветке. Бодрый Дима Пеликанов легко идентифицировал кренделя, который интересовался объективами. Он, как и условились, был небрит, в кепке, а в руках держал журнал «Огонек». Пеликанов увлек его в пространство между кустами и стеной вокзальною, передал товар, получил солидную сумму в СКВ, отправил кренделя восвояси, огляделся на предмет, нет ли за ним слежки со стороны сотрудников ОБЭП (какого-нибудь ленинского района города Турку), и только потом сияющий вышел из кустов и присоединился к компании. Коллектив собрался практически весь, кто был на выезде. Отдыхающие завесили динамовской атрибутикой кафешку под открытым небом и поглощая кто что, обсуждали достопримечательности города, в частности предстоящую дорогу к стадиону. Среди прочих выделялся Болельщик №1 по версии УЕФА. Он громко лоббировал интересы туркских таксомотористов. Так громко и настойчиво, что в конце концов остался один и все-таки поехал в такси.

Первая финская столица оказался городком небольшим, провинциальным, с радующей глаз архитектурою, в общем приятным. Жаль, не удалось погулять подольше.

Однако, вернемся к реалиям. Не помню каким образом, и чья это заслуга, но из раздевалок нам вынесли бесплатные билеты с надписями «SUOMI – VALKO VENAJA». Мы значит для этих йелопукки оленепреклоненных -- VALKO VENAJA!!! Но это было только начало. Вход на сектор предварялся вежливым, но очень дотошным шмоном. Как результат – рюкзаки пришлось оставить на входе (а ведь там у меня была упаковочка джинн-тоника, на которую я так рассчитывал…). Дальше – больше!!! Оказывается, сектор для гостей совсем не предназначен для боления. Баннеры развесить негде, разложить нельзя, к решетке спускаться и там развешиваться – тоже нельзя. Безобразие!!! Настроение испортили, гады!!!

Поддерживая наших, мы в едином порыве горланили песню, придуманную Болельщиком №1 по версии УЕФА: «Он не болельщик и не плут… Скажите как его зовут?» Справедливости ради скажу, что во многом из-за этого гимна болельщику присвоили именно номер.

Дальше в знак протеста попытались исполнить «Телегу старую», однако, вопреки всем ожиданиям это вышло у нас тихо, не слаженно и с покраснениями… Видимо взрослеем… Больно-то уж слова в этой песне неприличные. Скажете, так вокруг финны не понимают? Как бы не так…

На задних рядах нашего сектора стояла пыль столбом. И дым коромыслом. Неутомимый Пеликанов добивался от стюардов возможности развесить баннер Продуктов. (Это человек, который не знает ни одного языка на земном шаре за исключением облегченной версии русского, по этой же причине решительно отрицающий существование каких-либо других языков, наречий и диалектов. Он абсолютно уверен, что и негр в Африке, и тот же финн понимают его с первого до последнего слова. Причем не напрягаясь. Оттого и Пеликанову жить легче. И он не напрягается.) Нет, он не просто добивался. «Просто добивался» он первые минут пять, и то для выявления степени старшинства у стюардов. Самого болтливого (который на свою беду произнес всего-то пару слов в ответ) Пеликанов для себя в уме назначил старшим и тут же поспешил открыть дискуссию. Тоном заводского начальника на важном производственном совещании и голосом Никиты Джигурды Дима втаптывал в июньскую пыль старшего стюарда: «Почемууууууу я не могууууууууу воспользоваться своим правомммммммм???». В ответ слышалось робкое финское блеяние. Но Пеликанов, как тот Кузьмич из «Национальных особенностей…», к возражениям был глух. Тем более по-фински. Он был непоколебим. «Ктооооооо мне можеееееет решить этот вопроооос?!!!». «Почемууууууу такие проблемы возникают только на вашем объектеееееее?». «Немедленноооо хочу видеть вашеееееееее руководствоооооооо!».

В это время один из стюардов обратил внимание на Болельщика №1 по версии УЕФА. Тот вальяжно сидел закинув ногу за ногу и совершал противоправные действия – курил. Стюард тихонько подошел сзади и полушепотом, дабы не мешать смотреть футбольный спектакль, робко указал (и словом, и пальцем для наглядности) зрителю на его оплошность.

«А у вас тут бак-лаааа-ны летаааааают?!», -- нашел чем парировать Болельщик №1 по версии УЕФА. (В небе действительно парили чайки.) Его возмущению не было предела. С таким неуважением к своим регалиям он еще не сталкивался ни на одной арене Европы и северной Африки.

Между тем вернулся сияющий Пеликанов. Ему таки позволили (вернее – он выбил для себя это разрешение) развесить баннер «Продуктов». Но где-то за два сектора от нас, в районе центрального круга. Оттуда и возвращался Пеликанов. Шел второй уже тайм…

Игра не радовала, настроение «на поболеть» отсутствовало, все ждали конца игры. Под занавес наши с финнами обменялись голами и на этом, слава Богу, закончили. Поразила оперативность, с какой дисциплинированные финны, все десять тысяч, покинули стадион. Никто им не говорил, какой ярус покидает свои места первым, никто не направлял людские потоки к нужному выходу, надрываясь в матюгальник – пять минут, и никого вокруг невидно. Вот они чудеса телепартации!!!

Мы подошли к автобусу, в который грузилась команда. Нельзя было не отметить аномальной суетливости доселе флегматичного Олигарха. Он сновал в толпе, с кем то суетливо заискивая перетирал, нырял и выныривал. В конце концов даже сфотографировался с главным тренером Берндом Штанге.

«Бернд ведь может взять нас в самолет, ведь правда?». – ходил вокруг меня Олигарх. – «Ведь что ему стоит? Да?». Кажется, я начинал понимать, в чем дело. У меня по началу не вызвало каких-то опасений презрение к деньгам, которое обнаружил Олигарх по дороге в Турку. Он кутил, гусарствовал, расставался с деньгами легко и никогда не смотрел в счет. «На то он и Олигарх», -- думалось мне тогда. Все оказалось намного прозаичнее. Не известно когда, на каком ходу, Евгений выдумал себе историю (такое бывает) о том что «прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете и бесплатно…» Да еще и кино покажет J. Короче, что его возьмут на борт самолета по-самаритянски добрые члены тренерского штаба. Однако члены тренерского штаба в эту фантазию посвящены не были и поэтому держали себя на дистанции от Олигарха и с дружественной фамильярностью. Последнего это печалило все больше и больше. И вот, когда из окна автобуса, увозившего белорусскую делегацию прочь, Штанге обворожительно одарил всех счастливо остающихся улыбкой и сделал ручкой, Олигарх окончательно пал духом. Таким друга в последний раз я видел полтора десятка лет назад. Тогда он украдкой взял деньги родителей. Видимо немалые деньги. И поставил в тотолизатор на поражение команды, которая до того проиграла десять матчей кряду. Злополучная команда выиграла…

«Но слава Богу есть друзья, Но слава Богу есть друзья, а у друзей…», -- пел Боярский. …а у друзей есть СКВ, которое они должны вернуть на предприятие, но не торопятся!!! Пеликанов с присущей ему легкой небрежностью в финансовых вопросах тряхнул мошной и Олигарх снова воспрял духом!

На автовокзал мы шли пустынными улицами. Еще недавно смотревшие футбол десять тысяч финнов растворились неизвестно где… На улицах не было никого. Ни-ко-го!!! Вечернее спокойствие улиц нарушали лишь вопли Болельщика №1, который по-мультяшному, то тут, то там, по разные стороны улицы выглядывал из кабаков. И весело что-то горланил, чертяка!!!

До Хельсинского автобуса времени было еще много и мы развлекались тем, что пили все из той же сувенирной кружечки водку на абсолютно пустынной улице. Водку белорусскую, которую купили в Таллинне – она там самая дешевая.

Водитель рейсового автобуса не был рад видеть полночных пассажиров. И этого не скрывал. Каждый входящий норовил сунуть ему в нос клочок бумаги с чем-нибудь написанным по-русски, доказывая что он студент, не иначе, а следовательно имеет право заплатить только пол цены. Еще больше финский шофер был недоволен, когда всю нашу компанию незадачливых халявщиков пытался будить в Хельсинки. Выходить не хотелось, три часа ночи, «Очумел, что ли?», но из уважения к нелегкому труду работника северного транспорта пришлось.

В зале ожидания было людно. В изобилии были представлены неопрятного вида типы, видимо разъезжающиеся с концерта поклонники современного рока. Болельщик №1 тут же одарил их своей незабываемой мизантропической улыбкой, сказал: «Ну что, ал-ка-шииии…» и проникшись атмосферой всеобщего сквота бесцеремонно улегся на пол. Мы же небольшой компашкой отправились гулять по городу наслаждаясь белой ночью. Во время прогулки набрели на архиинтереснейшее строение. Церковь в скале. Оказывается, в центре обычного городского двора в скале устроили направленный вниз взрыв, образовавшийся котлован явился стенами будущего лютеранского храма. Его накрыли крышей из меди и стекла. Получилось грандиозно красиво и оригинально. Гуляешь по скале и имеешь возможность видеть происходящее внутри. Двенадцать метров ниже уровня земли. Говорят, там потрясающая акустика!!! Обязательно посмотрите в интернете.

Примерно часов в шесть на свет из автовокзала (он тоже находится под землей) появилась тень старика Боброва. Он, уже протрезвевший, был напрягаем брешью в своем здоровье. Был невыносим, как Паниковский плелся в хвосте и постоянно просил его подождать. В это время мы уже со всеми попрощались и остались опять втроем: Олигарх, Бобров и я. Мы пробили автобус в Питер и ожидали скорейшего отправления. Публика радовала своей питерской интеллигентностью. Все больше почтенного возраста трогательные барышни, анноахматовского такого вида, тихо переговаривавшиеся между собой поразительной чистоты питерским говором, употребляя в обиходе: «как вы справедливо изволили заметить…» и «смею вас заверить…».

Маленький уютный бус «Мерседес» был уже полон. Мы втроем расположились на заднем сидении, прикидывая на какой поезд из Питера есть шанс успеть. Но нас ждал еще сюрприз. Появился водитель и так очень вежливо, расшаркиваясь, попросил немного потесниться, пустить еще одного пассажира. В салон вошел кинконгоподобный тип, походка даже в тесном салоне автобуса «в развалочку» выдавала в нем моряка. Манеры его, впрочем, тоже оказались соответствующими профессии. Морячок зычно матерился, не взирая на апелляции поэтесс, обменивающихся сборниками стихов, приставал с расспросами, узнав что мы из Беларуси, рассуждал о современном политическом устройстве на просторах СНГ. В процессе он окончательно перешел на пантомимический диалог по ролям с самим собой. «Ты князь?!», - говорил он в адрес воображаемого главы одной из республик. - «Да ты – ГОВНООО!!! Я - человек!!! А ты – ГОВНООО!». Морячок еще много раз произносил это слово, доводя поэтесс до обморочного состояния. В это время я очень скучал по приятным и совсем не кажущимся навязчивыми манерам Пеликанова… Бобров, стесняемый со всех сторон, и с моральной тоже, лишь вздыхал. Раньше он тоже любил представляться незнакомым людям моряком черноморского флота.

Финскую границу проскочили мгновенно. Это кто там называл финнов «тормозами»? Российский пропускной пункт «Торфяновка» встретил лишь одним открытым терминалом. И двумя автобусами в очереди с финнами едущими в алко-туры, оттого шумными и неорганизованными. Российские погранцы по уровню организации от алко-финнов отличались мало чем. Где-то вечно сновали и функции свои исполняли спустя рукава. Это потом, спустя немного времени по ТВ покажут как на «Торфяновку» приедет премьер РФ. Расскажут о феноменальной пропускной способности, скорости прохождения границы, новаторстве и рационализаторстве в вопросах проверки документов.

Мы же вычеркивали поезд за поездом, на которые не успевали.

После прохождения границы морячок ощутил себя на родине и совсем уж раскрепостился. Он позволил себе в первом же магазине бутылку коньяка и под худенький пакетик чипсов дул её из горлышка. Сознание его, а вместе с тем и темы для рассуждений расширились до масштабов вселенной. Он сам собою спорил о достоинствах конструктивных решений примененных в автомобиле МАЗ и тут же с чапаевским прищуром тосковал о родных местах, о даче. Когда автобус прибыл на Черную Речку, мы, отчасти торопясь на вокзал, а в основном дабы незамедлительно покинуть этот мозговзрывной вертеп наперегонки устремились прочь от автобуса, и даже Бобров на время забыл о недуге и на финише в метро был в призерах.

На прямой минский поезд мы конечно опоздали. Стоя в очереди за билетами я по табло отслеживал количество оставшихся билетов на проходящий состав через Оршу. Их оставалось ровно три. Я нервничал. Я редко так нервничаю. Бобров отсутствовал уже долго. Он убыл в аптеку. Пусть бы убыл, но один. Так он же удалился вместе со своим паспортом, а без него, понятно, билет не выпишут, а оставаться ночевать в Питере из-за Боброва нарушало наши планы. Стоящие за мной в очереди молодые нахимовцы тоже громко и, что присуще молодости наивно, между собой выражали желание купить билеты до Орши. Опять морячки!!! Опять же, я не был уверен, а не притаился ли передо мною конкурент, желающий проехаться на наших трех местах. Снедаемый противоречиями, оставлять ли Боброва до утра в Питере или оставаться с ним вместе, я медленно шагнул к окошку кассы.

В это время в зал как крейсер, подбитый во все борта, дымя изо всех труб, медленно, походкой «врагу не сдается наш гордый Варяг» и с видом триумфатора победившего недуг показался ОН.

Однажды я как-то прикола ради, поинтересовался у своего школьного друга по имени Гиви Зурабович, а как он относится к российскому министру по фамилии Зурабов. «Я б в..ебал его карандашом в ухо!!!», - Мило ответил мой непосредственный друг и апокалиптически улыбнулся.

К Боброву в этот момент я питал схожие чувства. Я был готов его растерзать!!! Но, приобретя три боковушки возле туалета, оттаял. Для возвращения внутренней гармонии порой так мало надо…

Братья, берегите здоровье. Свое и ближнего своего.

Искренне Ваш Исаак Никодимович Хулигян.

P.S. Большинство задействованных в данном жизнеописании персонажей являются абсолютно вымышленными. Хотя, возможно, и будут утверждать обратное.